Персиваль. С какой?

Вольф. Впрочем, какой я дурак. Ведь вы познакомились всего лишь в декабре. Странствуя, забываешь о времени. Но, надеюсь, она не больна?

Персиваль. Наоборот… Очень здорова… Ах!..

Вольф. В чем дело, Персиваль? Мы же с тобой старые друзья.

Персиваль. Ничего особенного. Она ушла из дому.

Вольф. И только? А я уже стал беспокоиться.

Персиваль. Может быть, она не вернется несколько дней. Она уехала к подруге, к мисс Гоббс.

Вольф. В деревню?

Персиваль. Нет, это здесь.

Вольф. Подруга, очевидно, заболела?

Персиваль. О, если б она заболела… Вольф, как поступать с женщиной, которая разбивает семейное счастье и разлучает любящие сердца?

Вольф. На востоке таких женщин кладут в мешок и — в реку. Здесь же, увы, общественное мнение…

Персиваль. Нет, я говорю не о таких… Я говорю о женщине, которая приносит вред убежденно и принципиально. Это дикое животное. Что с нею делать?

Вольф. Приручить.

Персиваль. Как?

Вольф. Есть один способ — любовь.

Персиваль. Она неприступна.

Вольф. Таких не бывает.

Персиваль. О, ты не знаешь…

Вольф. Все они одинаковы.

Персиваль. Хотел бы я видеть мужчину, который отважится ухаживать за мисс Гоббс.

Вольф. Есть у мисс Гоббс глаза, уши, рот?…

Персиваль. Очевидно.

Вольф. Следовательно, всякий, кто не окончательный дурак, может не позднее чем через шесть месяцев одержать победу.